Гены посредственности

dnaДля начала я должен сделать небольшую оговорку — я не генетик и не эволюционист, но род моей деятельности предусматривает постоянный, каждодневный анализ и принятие логических решений на основе новых данных. Моя работа думать. Данная статья, или заметка, в зависимости от того объёма, который получится, является результатом такого же обдумывания и логического анализа. За отправную точку я взял труд известного ученого-эволюциониста — Ричарда Докинза, автора отличных книг «Эгоистичный ген», «Бог как иллюзия» и других.
Я не изучал глубоко теорию эволюции, но вывел короткий главный принцип этой теории — выживаемость. Этот принцип всего лишь констатирует факт, что особи одного и того же вида, имеющие генетические признаки, повышающие выживаемость, лучше передаются по наследству. Ведь если особь менее живуча, тем менее вероятно, что мы увидим её потомство.

А теперь давайте окунёмся в древнее общество наших сородичей, которых на каждом шагу подстерегали опасности в виде хищных животных и ядовитых тварей. Вот семья с маленькими детьми, они проходят мимо спокойной заводи, в которой водятся древние предки крокодилов. Старшие знают об этом, они не первый раз проходят этим путём в процессе ежегодной миграции.
Вдруг двое детей заигравшись приблизились к кромке воды. Один из старших резко выкрикивает слово, означающее одновременно опасность и призыв бежать к нему. Один из детей быстро и без колебаний бежит к родителю, а второй начинает озираться по сторонам. Это племя еще не умеет бороться с крокодилами и считает их какими-нибудь «водными дьяволами», и зазевавшийся ребенок попадает в пасть чудовищу.
Что мы наблюдаем в этой ситуации с точки зрения эволюции? То, что более любопытный и любознательный ребенок умирает и уступает место своему беспрекословно подчиняющемуся и доверяющему взрослым брату.
На самом деле, «ген подчинения и доверия авторитету» выполняет очень полезную роль в детстве, когда у ребенка или подростка очень мало знаний об окружающем мире. Но этот же ген очень мешает в дальнейшей самостоятельной жизни, заставляет постоянно может и не спрашивать разрешения, но искать одобрения у других людей. У старших, у коллег, у соседей. Этот ген инфантильности является одним из направляющих принципов большинства людей в нашем обществе. Ища постоянного одобрения окружающих люди теряют индивидуальность, волю и внутреннюю свободу.

Но кроме диких зверей и опасных условий у наших прародителей были враги и среди нашего же вида. Ограниченные ресурсы приводили к постоянным войнам, грабежам и убийствам. Особенно эта вражда была выражена между отдельными сообществами, которые жили обособленно друг от друга. Развивались они отдельно, у каждого рода были собственные привычки, воспитание и суеверия.
Когда представители разных родов встречались, как я уже заметил, происходили стычки. Но сначала происходил процесс проверки на «узнаваемость». Если они друг в друге не узнавали сородича по походке, манере речи и другим повадкам, то это служило сигналом либо для агрессии, либо хотя бы для опаски.
А при должном количестве времени такой механизм вывел определение свой-чужой на такой уровень, что люди в одном поселении и роду очень негативно реагировали на «белых ворон», тех, кто заметно отличался от своих сородичей. И даже если его отличие несло всеобщую пользу, его побаивались и сторонились.
Отсюда и возникли крылатые фразы «будь как все», «не высовывайся» и т.п.

Таким образом, большинством людей управляет не собственный разум, здравый смысл, а усвоенные ещё в далеком прошлом генетические алгоритмы. А мы обязаны научиться превосходить это бездумное наследие и жить так, как диктует логика вкупе с новыми знаниями человечества.

Как в СССР происходило уничтожение мощей православных святых

religia-durman95 лет назад в СССР стартовала атеистическая кампания по уничтожению мощей православных святых.

Союз воинствующих безбожников возник в СССР лишь в 1925 году, однако борьба с религией в стране велась с момента Октябрьской революции. Начало ей было положено декретом «О земле», посредством которого были национализированы монастырские и церковные земли. Таким образом была проведена секуляризация церковных земель, причем куда более масштабная, чем та, которую реализовала Екатерина II в 1764 году. Кроме того, согласно Конституции 1918 года, монахи и духовные служители церквей и культов лишались избирательного права.

При этом незадолго до этого Русская православная церковь созвала Поместный собор, установивший привилегированное положение РПЦ в Советской России: в частности, утверждалось, что священники и монахи освобождаются от повинностей, а ряд государственных постов могут занимать исключительно православные. Тем не менее большевики не признали решения собора и активизировали борьбу с церковью.

Читать далееКак в СССР происходило уничтожение мощей православных святых

Ricky Gervais: Почему я атеист

7wu4AGLTTwwПочему ты не веришь в Бога? Я слышу этот вопрос постоянно. И я всегда стараюсь дать очень деликатный, обоснованный ответ. Но, обычно, это неловкая и бесцельная трата времени. Верующие люди не нуждаются в доказательствах существования Бога, как и в доказательствах обратного. Они счастливы со своими убеждениями. Они обычно говорят такие вещи как «это истина для меня» и «это вера». Но я продолжаю давать свои логичные ответы потому, как считаю, что не быть честным — это снисходительно и невежливо. Как это ни парадоксально, но говорить, «Я не верю в бога потому, что нет абсолютно ни одного научного доказательства его существования, и само его определение логически невозможно в нашей вселенной», также снисходительно и невежливо.

Меня обвиняют в высокомерии. Это выглядит особенно несправедливым. Наука ищет правду. И это не дискриминация. Хорошо это или плохо, но она открывает новые вещи. Наука скромна. Она знает, что она знает и она знает, что она еще не знает. Она основывает свои выводы и убеждения на веских доказательствах – доказательства постоянно обновляются и совершенствуются. Науку не оскорбляют новые факты. Она включает в себя совокупность знаний. Она не придерживается средневековых практик из за того, что они являются традициями. Если бы это было так, то вместо укола пенициллина вы бы протирали штаны в молитвах. Во что бы вы ни верили — это не эффективная медицина. Опять же вы можете сказать, «Это помогает мне», но это эффект плацебо. Моя точка зрения — Бога не существует. Я не говорю о том, что не существует веры. Я знаю, что вера существует. Я наблюдаю это везде. Но вера во что-то, не делает это самое «что-то» истиной. Надежда, что нечто истинно, не делает это истинным. Вера в бога не является субъективностью, он либо есть, либо его нет. И дело тут вовсе не во мнениях. У вас может быть свое собственное мнение, но вы не можете иметь свои собственные факты.

Читать далееRicky Gervais: Почему я атеист

Религия как лотерея

ЛотереяЕсли любого среднего человека попытаться сагитировать на покупку лотерейного билета, либо иным способом поучаствовать в лотерее, то он будет обдумывать несколько разных свойств лотереи. Одним из важнейших свойств будет существование выигравших и их количество в ближайшее время.

Религия в этом плане очень сильно проигрывает, так как ни одного выигравшего просто нет. Но попы и имамы делают всё, чтобы затянуть туда побольше людей. Им нужно, чтобы вы тратили свои деньги, свою энергию и саму жизнь на их лотерею.

Смирение добродетель?

Представьте простейшее одноклеточное существо, почему-то не движущееся по направлению к более питательной среде, и не покидающее токсичное место. Такой организм обречен на смерть.
Представьте таракана, не убегающего от приближающегося тапка. Он так же обречен.
Представьте, что мышь не убегает от кошки, а олень не использует свои рога для защиты от волка.
Эти ситуации абсурдны. И, тем не менее, они преподносятся церковниками как важнейшая добродетель. А на самом деле, смирение это смерть. Смирение это антижизнь. Добровольное превращение себя в жертву для всех, кто может этим воспользоваться. Всем обманщикам, грабителям, насильникам, вымогателям и самим церковникам, требующим денег на каждый чих.
Вся религия христианства, да и некоторые другие, основана на унижении и умалении достоинства и значения жизни как таковой и самого человеческого существа.
Не ведитесь на эту уловку. Не верьте проповедникам смерти!

Смысл жизни

«Если верна старая легенда о том, что люди предстают перед верховным судией и дают отчёт в своих делах, я предъявлю как дело своей особой гордости не то, что совершил, а то, чего никогда не делал в этой жизни: я никогда не просил, чтобы решали за меня. Я предстану перед Ним и скажу: я Гейл Винанд, человек, совершивший все мыслимые преступления, кроме главного — я никогда не пренебрегал удивительным даром жизни и никогда не искал оправдания вовне. В этом моя гордость, потому что теперь, размышляя о кончине, я не плачусь, как люди моего возраста, — в чём же были смысл и цель моей жизни? Я сам, я, Гейл Винанд, был смыслом и целью. То, что я жил и действовал».

Айн Рэнд — Источник.

Плохой день для Святого Патрика

Atheist IrelandВ Ирландии возобновилась дискуссия о допустимости судебного преследования за богохульство. Власти Зеленого острова объявили в конце сентября, что намерены провести референдум о сохранении (или отмене) конституционной статьи, запрещающей оскорбления религиозных представлений и символов. Волеизъявление ирландцев может оказать влияние на другие страны, запрещающие кощунство. На протяжении последних лет именно Дублин называли примером того, как наказание штрафом за грубые речи может совмещаться с цивилизованной жизнью. В оправдание своих законов против богохульства Ирландию как «цивилизованный» европейский образец вспоминают власти Пакистана.

Читать далееПлохой день для Святого Патрика

Христианство проповедует лишь рабство…

Христианство проповедует лишь рабство и зависимость; дух его слишком выгоден для тирании, чтобы последняя не пользовалась этим постоянно. Истинные христиане созданы для того, чтобы быть рабами.

Жан Жак Руссо.

Инопланетная проповедь

Художественные произведения позволяют порой больше понять абсурдность нашей реальности, чем некоторые документальные статьи. Здесь представлен отрывок произведения Станислава Лема, в котором автор немного поразмышлял о миссионерской роли церкви на других планетах…
Станислав Лем.
Звёздные дневники Ийона Тихого.

— В такой приязненной атмосфере отец Орибазий не уставал проповедовать основы веры ни днем ни ночью. Пересказав мемногам весь Ветхий и Новый завет, Апокалипсис и Послания апостолов, он перешел к Житиям святых и особенно много пыла вложил в прославление святых мучеников. Бедный… это всегда было его слабостью…
Превозмогая волнение, отец Лацимон дрожащим голосом продолжал:
— Он говорил им о святом Иоанне, заслужившем мученический венец, когда его живьем сварили в масле; о святой Агнессе, давшей ради веры отрубить себе голову; о святом Себастьяне, пронзенном сотнями стрел и претерпевшем жестокие мучения, за что в раю его встретили ангельским славословием; о святых девственницах, четвертованных, удавленных, колесованных, сожженных на медленном огне. Они принимали все эти муки с восторгом, зная, что заслуживают этим место одесную Вседержителя. Когда он рассказал мемногам обо всех этих достойных подражания житиях, они начали переглядываться, и самый старший из них робко спросил:
— Преславный наш пастырь, проповедник и отче достойный, скажи нам, если только соизволишь снизойти к смиренным твоим слугам, попадет ли в рай душа каждого, кто готов на мученичество?
— Непременно, сын мой! — ответил отец Орибазий.
— Да-а? Это очень хорошо… — протянул мемног. — А ты, отче духовный, желаешь ли попасть на небо?
— Это мое пламеннейшее желание, сын мой.
— И святым ты хотел бы стать? — продолжал вопрошать старейший мемног.
— Сын мой, кто бы не хотел этого? Но куда мне, грешному, до столь высокого чина; чтобы вступить на эту стезю, нужно напрячь все силы и стремиться неустанно, со смирением в сердце…
— Так ты хотел бы стать святым? — снова переспросил мемног и поощрительно глянул на сотоварищей, которые тем временем поднялись с мест.
— Конечно, сын мой.
— Ну так мы тебе поможем!
— Каким же образом, милые мои овечки? — спросил, улыбаясь, отец Орибазий, радуясь наивному рвению своей верной паствы.
В ответ мемноги осторожно, но крепко взяли его под руки и сказали:
— Таким, отче, какому ты сам нас научил!
Затем они сперва содрали ему кожу со спины и намазали это место горячей смолой, как сделал в Ирландии палач со святым Иакинфом, потом отрубили ему левую ногу, как язычники святому Пафнутию, потом распороли ему живот и запихнули туда охапку соломы, как блаженной Елизавете Нормандской, после чего посадили его на кол, как святого Гуго, переломали ему все ребра, как сиракузяне святому Генриху Падуанскому, и сожгли медленно, на малом огне, как бургундцы Орлеанскую Деву. А потом перевели дух, умылись и начали горько оплакивать своего утраченного пастыря. За этим занятием я их и застал, когда, объезжая звезды епархии, попал в сей приход.
Когда я услышал о происшедшем, волосы у меня встали дыбом. Ломая руки, я вскричал:
— Недостойные лиходеи! Ада для вас мало! Знаете ли вы, что навек загубили свои души?!
— А как же, — ответили они, рыдая, — знаем!
Тот же старейший мемног встал и сказал мне:
— Досточтимый отче, мы хорошо знаем, что обрекли себя на проклятие и вечные муки, и, прежде чем решиться на сие дело, мы выдержали страшную душевную борьбу; но отец Орибазий неустанно повторял нам, что нет ничего такого, чего добрый христианин ни сделал бы для своего ближнего, что нужно отдать ему все и на все быть для него готовым. Поэтому мы отказались от спасения души, хотя и с великим отчаянием, и думали только о том, чтобы дражайший отец Орибазий обрел мученический венец и святость. Не можем выразить, как тяжко нам это далось, ибо до его прибытия никто из нас и мухи не обидел. Не однажды мы просили его, умоляли на коленях смилостивиться и смягчить строгость наказов веры, но он категорически утверждал, что ради любимого ближнего нужно делать все без исключения.
Тогда мы увидели, что не можем ему отказать, ибо мы существа ничтожные и вовсе не достойные этого святого мужа, который заслуживает полнейшего самоотречения с нашей стороны. И мы горячо верим, что наше дело нам удалось и отец Орибазий причислен ныне к праведникам на небесах. Вот тебе, досточтимый отче, мешок с деньгами, которые мы собрали на канонизацию: так нужно, отец Орибазий, отвечая на наши расспросы, подробно все объяснил. Должен сказать, что мы применили только самые его любимые пытки, о которых он повествовал с наибольшим восторгом. Мы думали угодить ему, но он всему противился и особенно не хотел пить кипящий свинец.
Мы, однако, не допускали и мысли, чтобы наш пастырь говорил нам одно, а думал другое. Крики, им издаваемые, были только выражением недовольства низменных, телесных частей его естества, и мы не обращали на них внимания, памятуя, что надлежит унижать плоть, дабы тем выше вознесся дух. Желая его ободрить, мы напомнили ему о поучениях, которые он нам читал, но отец Орибазий ответил на это лишь одним словом, вовсе не понятным и не вразумительным; не знаем, что оно означает, ибо не нашли его ни в молитвенниках, которые он нам раздавал, ни в Священном писании.
Закончив рассказывать, отец Лацимон отер крупный пот с чела, и мы долго сидели в молчании, пока седовласый доминиканец не заговорил опять:
— Ну, скажите теперь сами, каково быть пастырем душ в таких условиях?!